воскресенье, 11 марта 2018 г.

Женский вопрос – бабский ответ

 И почему в России на передовые вещалки только дур набирают? Почему они так легко находят себе путь к сердцу (и прочим частям тела) Главного? После чего они в меру отпущенных им Богом умственных способностей начинают бороться с Большевизмом во всех его проявлениях. Вот, к примеру,  Ольга Бычкова, вещающая либерально-людоедские взгляды с «Эхо Москвы», твёрдо убеждена: 8 березня --  это «глупый праздник»,  «праздник на букву «ж». Сиречь, Женский день. Как в помывочной или общественной убоной. Им кажется, что это смешно. На этой вещалке не принято поздравлять с оным: «Я не отмечаю, но могу сделать одолжение и   поздравить», - честно признаётся  борец с большевизмом Нарышкин. Ему милее 14 лютого «отмечать День всех влюблённых, в котором больше смысла»; в этот день он не чувствует «принуждения к любви», ккоторую он по непонятной причине ощущает 8 березня.  Впрочем, он и 23 лютого не отмечает, поскольку не чувствует себя защитником: «Кого я защитил?!» - с надрывом надрывается Нарышкин. И, не сумев стать защитником, переходит в нападающие. На всё советское. 


«Глупо дарить сковородку подруге, если это не её хобби!» - мудро вещает Бычкова. Она ж тебя  и убьёт оной, борясь за свои права, если чего поперёк ея настроения пикнешь.
Сковордка, кстати, пригодится, чтобы отбиваться от матери нашей (в любых сочетаниях этого слова) Святой Православной Церкви, которая и тут без мыла влезла со своей юродивой Матрёной и женщинами, которые Волею Божьей с помощью большевизма «прославили Церковь мученичеством за Христа». И хотя в остальных вопросах вещалка ЭМ непрестанно глумится над Православием, в вопросе о Женском дне целиком соглашается со священником Кураевым: «8 марта — не день женщины, а праздник определённого типа женщин, день женщины-революционерки». Которая, в отличие от Бычковой и Нарышкина, «коня на скаку остановить, в горящую избу войдёт». «И потому в тех странах, где революционная волна начала ХХ века захлебнулась, празднование Революционерки не прижилось». Потому что идеал женщины у священника, Льва Толстого и Венедиктова один  - дура. Желательно полная.
Хотя праздник  пришёл с Запада. Причём оттуда, где – вопректи Марксу – «революционная волна начала ХХ века так толком  и не началась, из США. И был это не праздник любви или домашней утвари, как это кажется некоторым не очень подкованным в общественных науках щелкопёрам и священникам, а Международный день борьбы за права женщин. Который под руководством лучших умов российского либерализма  выродился в День издевательства над правами женщин, поскольку на «Эхо Москвы» выступают работающие там дурёхи с громкими заявлениями, что никакие праздники и права им не нужны.  Ни право на равную с мужчинами зарплату, ни право избирать и избираться и даже – не рыдайте, господа, - право работать вообще и на либеральном вещании в частности, а также право на образование, без которого их бы туда не взяли.  Им не нужно здравоохранение и право на труд..
Конечно, после Олеси Рябцевой, которая ляпнула на всю страну, что в ней проживает восемь миллионов населения, а журналистка может вообще  ничего не знать, поскольку она «гуманитарий», чему-либо удивляться уже не приходится. Тем более, что, скорее всего, наша дурочка просто проговорилась и назвала численность населения, до которой надо сократить имеющееся. Чтобы не обременяли родное государство.
Господин Венедиктов, может, этим бабёнкам зарплату урезать или рабочий день удлинить до шестнадцати часов, раз уж им восьмичасовой  не нужен? И право выбирать на следующий срок Венедиктова им тоже не надо! Что не мешает им высказывать тревогу исходом надвигающихся выборов Самого.
А тут ещё мужики со стороны подваливают и начинают выть, что всё плохое в стране началось с проклятых народников во главе с Писаревым, Черныщевским и Добролюбовым, - больше наши ниспровергатели никого не знают - которые среди прочих, задали и «женский вопрос». Если бы не они, то поступить на учёбу наши либеральные дуры могли бы только с письменного согласия мужа или отца. Причём ехать бы пришлось за границу, поскольку в России с этим было совсем туго. 
В случае, когда замшелые родители не желали позволять своим дочкам учиться, несчастным девам приходилось выходить замуж понарошку, чтобы получить разрешение на выезд за границу на учёбу от мужа. И это было весьма распространённое явление, когда мужчины, чтобы дать свободу женщине, жертвовали своей.

Ныне, когда восемь из десяти врачей и учителей женщины, уже трудно представить себе, что у мирных обывателей существовали сомнения, хватит ли у женщины ума выучиться на врача или учительницу, не развратит ли ее, слабую, изучение человеческого тела. И  потому в 1864 году им было запрещено посещать университет; образование им приходилось получать за границей, словно запрещенные книжки.

  Итак, "женский вопрос". Для ЭМ последних лет он имеет такое большое значение, что создается впечатление, будто сначала не было ни земли, ни неба и Венедиктова носился во тьме над водами. И вдруг возник "женский вопрос". Хорошо, разумеется, что наши "золотые перья" и “золотые титьки" вообще знают о его существовании в прошлом веке. Пусть даже выбрали оный, поскольку сочли, что им достанет умственных сил с ним совладать. Что ж, на такого рода поединках оружие выбирает обиженный. В том числе и в умственном отношении

Речь шла, как указывал тот же  Писарев, « о самостоятельности женщины, как человеческой  личности, имеющей право на всестороннее развитие и на участие в умственной жизни человечества». Хотя, откровенного говоря, какое может быть участие в умственной жизни человечества, если у этих Олесь ума отродясь не было?
Императрица французов Евгения была убеждена, что особы ее пола «всевластны, владея в известные годы мужчиной любовью, в известные добродетелью», и Наполеон III отвечал ей: «Ваш арсенал непобедим». В чём с ним совершенно соглашаются известные своей добродетелью Олеси с ЭМ.
Так что прав был Василий Васильевич Розанов: невозможность критику встать на один уровень с критикуемым наносит непоправимый ущерб обществу. С другой стороны, если Оля или Олеся могла и не получить исчерпывающих познаний по российской изящной словесности и её вкладу в борьбу за права женщин в своей Вшивой Горке или в своём Саратове, и кроме Писарева и Добролюбова, которыми ограничивается школьный учебник, ни о ком не слышала, то ведь большинство сотрудников и гостей вещалки ЭМ непрерывно хвастаются и кичатся перед «ватниками», «маргиналами» и «неудачниками» именно своей образованностью (МГУ, Литературный институт и т.п.)  – они-то почему не знают? Почему никто, призвав,  не отверзл еси очи этих Олесь обеего пола? А если и они не знают, - а ведь в ЭМ, несомненно, отбирают лучших, - то как и чему их учили в лучших российских вузах? И что знают худшие?
Кстати, борьба, начатая полтора века назад, продолжается и сегодня. Вот, к примеру, в Саудовской Аравии женщины добились права водить тачку. В Пакистане едва не убили 15-летнюю девушку, которая добивалась права на образования для женщин, одинакового с мужчинами.  А в Турции полиция бьёт обувкой на толстой подошве по головам тех женщин, которые в этот день выходят на улицу, отстаивая права, которые не нужны бабёнкам с «Эха Москвы».

Евгений Пырков


Комментариев нет:

Отправить комментарий